Библиотека



Главная » Фанфики » Драма/Drama » Жизнь после Другой Победы[ Добавить новую главу фанфика ]

Выяснение отношений.
Я говорил: «Ты хочешь, хочешь? Могу я быть тобой любим?» - Л. Гумилёв

- Слушай! До встречи с тобой я был счастлив, девушка!...
- И я! – прошептала она еле слышно. – В. Гюго, «Собор Парижской Богоматери»

Я отомщу ему, но отомщу не так, не как убийца, как заклятый враг! В бою погибнет он, а не убитый сзади! – Ж. Расин, «Андромаха»


- Хочу. - прошептала она, притягивая его обратно.
Руки Люциуса скользили по телу девушки, заставляя её извиваться и теснее прижиматься к своему любовнику. Он слегка подался вперёд, принуждая Гермиону лечь на спину. Оказавшись сверху, Малфой оторвался от губ девушки и нежно коснулся пальцами её волос.
- Ты только моя, - прошептал он, не отрывая взгляда от лица Гермионы. – Моя маленькая грязнокровка…
Гриффиндорка не ответила на оскорбление. Она только смотрела на Люциуса блестящими глазами и тяжело дышала. Мужчина снова коснулся её губ. Он целовал её осторожно и нежно, почти не дотрагиваясь языком. Гермиона тянулась к нему, она хотела больше и жёстче. Малфой, чувствуя её вожделение, наконец, углубил поцелуй. Проникнув в её рот, Люциус продолжил ласкать тело юной волшебницы. Его руки легли на девичью грудь, заставляя девушку вздрогнуть. Большим пальцем он потирал сосок, страстно желая припасть к нему губами. Но также мужчина хотел помучить свою пленницу. Маг оторвался от её губ и переключился на шею. Он давно заметил, что Гермионе нравится, когда он кусает её и целует впадинку в основании шеи. Девушка застонала и ещё крепче прижала к себе Люциуса. Она гладила его по волосам, плечам, рукам, иногда проникая пальцами под воротник рубашки и касаясь горячей кожи. Малфой медленно опускался всё ниже. Он целовал нежную кожу груди, постепенно подбираясь к тугим комочкам.
- Ну же… - почти в беспамятстве выдохнула девушка.
- Что ты хочешь? – ухмыльнулся Люциус.
- Люби меня! – ногти Гермионы впились в его спину и Малфой таки соизволил коснуться языком напряжённых сосков. Он умело обводил их контур, облизывал, оттягивал, не забывая при этом ласкать гриффиндорку руками. Девушка находилась на вершине блаженства. Она так долго мечтала об этих прикосновениях, так долго корила себя за такие мысли, что теперь, наконец, ощущая на своём теле эти руки и губы, она позволила себе чувствовать. Как не похожи были эти уверенные, сильные ласки на неумелые прикосновения Рона. Люциус всё же был прав, когда говорил, что Гермиона не будет счастлива со своим мужем.
- Ммм…. – простонала девушка, когда Малфой проложил лёгкую дорожку поцелуев по её животу.
Люциус расстегнул джинсы Гермионы и быстро стянул их вниз. Глядя на распростёртое перед ним тело девушки, он нервно сглотнул. Кровь бешено билась в жилах, брюки были невероятно тесными, но что-то не давало Малфою наброситься на Гермиону и грубо воспользоваться ею, как в первый раз. Гриффиндорка поймала его взгляд и, лукаво улыбнувшись, приподнялась. Она обвила руками плечи Люциуса и поцеловала пульсирующую артерию на шее. Потом Гермиона расстегнула его рубашку и провела руками по груди, животу, остановившись на пряжке ремня. Люциус поймал её губы своими, и девушка тут же ответила ему. Мужчина не выпускал юную волшебницу из своих объятий, предоставив ей вслепую разбираться с его ремнём и застёжкой на брюках. Это вдвойне нравилось ему, потому что Гермиона все время задевала его, и прикосновения её пальцев посылали в тело Люциуса сотни электрических разрядов. Когда гриффиндорка, наконец, справилась с молнией и пряжкой, Малфой уже был на пределе. Он потянул девушку на себя, позволяя ей быть сверху. Гермиона освободила любовника от остатков одежды и жадно поцеловала его. Она даже не думала, что может быть такой, даже в самых смелых своих мечтах гриффиндорка старалась держать себя в рамках приличий. Но теперь девушка хотела одного – получать и доставлять удовольствие. Люциус застонал, когда она несмело коснулась его напряжённого члена. Он положил руку на голову Гермионы, направляя девушку и задавая темп. Малфой с трудом сдерживался, он нарочно отдалял тот момент, когда они с Гермионой сольются в одно целое.
- Иди ко мне, - хрипло прошептал он, и гриффиндорка повиновалась. Люциус положил её на спину и быстро пробежался пальцами по её телу, остановившись на белом треугольнике трусиков. Одно простенькое невербальное заклинание, и они исчезли. Малфой скользнул пальцами между ног Гермионы, и она инстинктивно раскинула их шире. Люциус не замедлил этим воспользоваться и нашёл среди влажных складок тугой комочек плоти и слегка сжал его. Ответом ему послужил громкий и довольный стон Гермионы. Он продолжал ласкать её пальцами, а его губы, тем временем, целовали её грудь. Постепенно Малфой опускался всё ниже. Он чувствовал, что Гермиона почти не контролирует себя. Люциус раздвинул её ноги и поцеловал внутреннюю поверхность бедра. Когда его язык коснулся самого сокровенного места, девушка очнулась и вздрогнула, но сильные руки Малфоя крепко держали её. Для Гермионы это было нечто новое, раньше Люциус никогда не ласкал её там, о Роне и говорить нечего.
- Ещё! – вырвалось у неё, когда маг на мгновение остановился.
- Маленькая сучка, - довольно ухмыльнулся Люциус. – Неужели гриффиндорке нравится лежать под Пожирателем Смерти?
Гермиона замерла. Но Малфой не стал продолжать дискуссию. Он снова припал к ней губами, и девушка провалилась в безвоздушное пространство, оказалась в другой вселенной и летела, летела куда-то к солнцу, туда, куда ее мог унести только Люциус.
Она выгнулась в последний раз и затихла. Малфой оторвался от неё и внимательно посмотрел на раскрасневшееся лицо своей пленницы. Она не открывала глаз, и мужчина позволил себе маленькую слабость – он ласково провёл рукой по животу девушки, внутри которого был их ребёнок, и его взгляд при этом озарился нежностью и заботой.
- Люциус… - еле слышно позвала Гермиона. Волшебник не смог скрыть удивления – это был первый раз, когда она обратилась к нему по имени.
- Люциус… - повторила она чуть громче, и он уже был рядом с ней, неистово целуя, заставляя её почувствовать свой вкус на его губах, а его руки блуждали по её телу, даря наслаждение и вновь возбуждая.
- Как же я хочу тебя, - пробормотал Малфой. Он стоял на коленях и держал ноги девушки на весу.
Люциус колебался ещё секунду, но затем все-таки резко вошёл в неё. Мужчина двигался быстро и ритмично, при этом скользя взглядом по телу Гермионы, иногда останавливаясь на её глазах. Девушка тяжело дышала и двигалась в такт с Малфоем. Она вела себя совсем по-другому, чем раньше, так как на этот раз Гермиона действительно хотела Люциуса.
- Ближе…. – позвала она, протянув руки. Малфой прижался к ней и накрыл губы поцелуем. Они были одним целым.
- Гермиона… - приглушённо выдохнул Люциус, замирая. Он чувствовал, как сильно сокращаются мышцы его партнёрши. Девушка долго не отпускала Малфоя, прижимая его к себе со всей силой, на которую только была способна. Наконец, её хватка ослабла, и мужчина смог лечь рядом, продолжая обнимать Гермиону за талию. Они долго молчали, и слышалось только их громкое, сбивчивое дыхание. Люциус задумчиво взял руку Гермионы и поднёс её к себе. Он медленно гладил пальцы, а когда дошёл до безымянного, остановился. Малфой какое-то время смотрел на обручальное кольцо, украшавшее палец девушки, а потом произнёс:
- Это всё, что был способен купить Уизли?
- Зачем вы... – Гермиона отдёрнула руку и резко отвернула голову. Ей было больно слышать такие слова от Люциуса, тем более, сразу, после того, как они закончили заниматься любовью. Девушка не могла определить, что её раздражает больше – упоминание Рона или презрительный тон Малфоя.
- Я ведь был прав, когда сказал тебе, что ты не будешь счастлива с эти рыжим недоумком? – самодовольно усмехнулся Люциус.
Гермиона закуталась в одеяло и повернулась к волшебнику спиной. Она не плакала, но в горле стоял комок. Гриффиндорка не могла понять Малфоя. В её голове не укладывалось, как одновременно можно быть таким нежным и язвительным.
- Не говорите о Роне ничего плохого, - тихо сказала она. – Он всё равно лучше и добрее, чем вы.
- Ну, конечно, - холодно ответил Люциус. – Он святой, а я злодей-Пожиратель, так?
- Я не знаю! – отчаянно простонала девушка. – Я ничего не знаю…
Малфой положил ладонь на плечо Гермионы и заговорил. С каждым словом его пальцы сжимались всё сильнее, оставляя на нежной коже тёмные пятна.
- Ты жестока, девочка. Ты выбрала меня, хочешь быть со мной, тебе нравится всё, что я с тобой делаю, но одновременно ты хочешь сохранить маску святой мученицы. Учти, я не потерплю страданий по Уизли. Ты только моя, понимаешь? – Люциус очень близко наклонился к Гермионе и прошептал ей на ухо, обжигая горячим дыханием:
- Ты меня боишься?
Она кивнула.
- Хорошо, - удовлетворённо протянул он.
- Что здесь хорошего? – дрожа от страха, осмелилась спросить Гермиона.
- Ты сломала мою жизнь, маленькая грязнокровка, из-за тебя я делаю невообразимые глупости, так позволь мне хотя бы насладиться твоим страхом, – зловеще ухмыльнулся Малфой. – До тебя я жил правильно, размеренно. А потом появилась ты и всё разрушила, дрянь… - он больно укусил её шею и ещё сильнее сжал пальцы.
- Вы тоже разрушили мою жизнь, - прошептала девушка. – Если бы вы только знали, как я вас ненавидела…
- Ты говоришь в прошедшем времени, значит, теперь ты меня не ненавидишь? Что ты чувствуешь ко мне сейчас? Говори! – хриплым голосом приказал Люциус.
- Я не знаю, - обречённо ответила Гермиона. – Я никогда раньше такого не ощущала… Я боюсь вас, ненавижу и одновременно жду и… - она запнулась, - и…
- И хочешь, – закончил за неё Малфой. – Что же, пока я доволен. Ты не оставишь меня, маленькая грязнокровка. Ты слишком привязана ко мне.
Гермиона не ответила. Она тихо лежала, не осмеливаясь пошевелиться. Внезапно Люциус разжал пальцы и резко отодвинулся от неё. Девушка поняла, что он встал с постели, но боялась повернуться.
- Я ухожу, – услышала она. Гермиона обернулась и увидела, что Малфой уже полностью одет.
- Я и так провёл с тобой слишком много времени, – холодно добавил он.
Люциус подхватил трость и быстро пошёл к выходу. Уже положив ладонь на ручку двери, он остановился и, повернув голову, бросил Гермионе через плечо:
- Жди меня.
- Я буду ждать, – прошептала она в ответ.
Малфой ещё секунду смотрел на девушку, а затем покинул комнату. Гриффиндорка ещё долго вслушивалась в его тихие шаги, она слышала, как хлопнула входная дверь.
- Боже мой, что я делаю… - ужаснулась она, поглубже закутываясь в одеяло. – Это безумие, я и Малфой…
«И пусть это безумие, я буду ждать его», - сказала она себе, укладываясь на подушку. – «Он – моё единственное спасение».
***

После того, как Люциус сообщил Артуру и Джорджу, что ребёнок, которым беременна Гермиона, вовсе не от Рона, а от него, отношения между мужчинами Уизли накалились до предела. Глава семейства понимал, что это ставит их всех в опасное положение, ведь Люциус мог шантажировать Гермиону, заставляя её рассказывать известные ей секреты, в обмен на жизнь ребёнка. Джордж просто не мог простить брату, что он потерял такую прекрасную девушку и отдал её не кому-нибудь, а главному врагу, Малфою. Все заверения Рона в том, что его жена вовсе не по доброй воле предпочла уйти вместе с Пожирателем, не действовали. Джордж лишь язвительно усмехался и бросал какое-нибудь оскорбление в адрес младшего брата и его способностей защищать свою любимую девушку. Рон пылал от злости, но молчал. Ему и самому было несладко. Парень терзался вопросом, действительно ли Гермиона предпочла скрыться вместе с Малфоем только потому, что переживала за безопасность Уизли или она всё же испытывала к этому волшебнику определённые чувства. Даже Молли, которая узнала обо всём самая последняя, несмотря на всю свою любовь к невестке, была в растерянности. Женщина не могла назвать поступок Гермионы предательством, но сын оставался для неё сыном, и она была на его стороне. Единственное, что скрашивало дни миссис Уизли – это общение с дочерью. Джинни сбежала из Хогвартса, конечно, не без помощи отца и братьев. По словам Артура, теперь, когда вся семья находится в бегах, было бы крайне неразумно оставлять самую младшую и беззащитную в логове врага. Сама девушка была рада покинуть мрачный замок, каким стал Хогвартс после победы Волдеморта. К тому же там всё напоминало ей о Гарри. Джинни вместе с матерью стали обустраивать быт движения сопротивления. Кроме семьи Уизли, там жило ещё несколько десятков человек, многие из которых были чистокровными волшебниками. Конечно, девушка знала о том, что произошло между Гермионой и Роном, но ни с кем не говорила на эту тему. Возможно, ещё год назад, она бы возмутилась подобным поступком, но теперь слишком многое изменилось. Джиневра понимала, что всё гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд и что она не имеет права осуждать подругу, которой пришлось гораздо хуже, чем ей, хоть Гермиона и не потеряла на войне любимого человека.

Однажды вечером, когда Артур обсуждал план дальнейших действий вместе с другими лидерами движения, а его сыновья чистили оружие, приобретённое в маггловском мире, Рон тихо сказал:
- Я бы хотел найти её.
Джордж поднял голову и так же тихо ответил:
- Даже не думай. Нельзя ничего предпринимать без одобрения отца.
- Но я должен знать, где Гермиона, что с ней! Как ты не понимаешь, я ведь люблю её!
- А она тебя? – глядя исподлобья на брата, спросил Джордж.
Рон замялся. Он не был уверен в положительном ответе, хоть Гермиона и заверяла его в этом.
- Видишь, ты не знаешь, - продолжил парень. – Так оставь её. Всё слишком запуталось, чтобы заниматься самодеятельностью.
- Нет уж! – слишком громко вырвалось у Рона. Артур повернул голову и подозрительно посмотрел на сына. – Нет! – добавил он чуть тише. – Я не оставлю ни её, ни… его, – кулаки гриффиндорца сжались при упоминании Малфоя.
Джордж неодобрительно покачал головой.
- Это слишком опасно, Ронни. Я уверен, Гермиона в безопасности. Конечно, этому мерзавцу нельзя доверять, но она и её ребёнок нужны ему. Иначе он не стал бы забирать её из тюрьмы.
- Зачем нужны? Чтобы шантажировать её, пытать, может быть? – яростно шептал Рон.
- Не знаю! – в бешенстве прошипел Джордж. – Но я видел, как он смотрел на неё, тогда, в камере, и, прости меня, братишка, как она на него смотрела.
- Что ты имеешь в виду? – лицо Рона покраснело от ярости, а пальцы сжали рукоятку полируемого им ножа.
- Я говорю, что видел. И отпусти оружие, не хватало нам ещё друг друга поубивать, - примиряющее произнёс Джордж. – Он твой враг, я понимаю. Но подожди с местью. Пусть всё решится постепенно.
Рон опустил голову и попытался успокоиться. Джордж говорил толковые вещи, но он не мог знать, что испытывает его брат, думая о Гермионе и Люциусе, которые, возможно находились в одном доме, в одной постели… «Я убью его, рано или поздно убью, убью, убью…» - повторял про себя парень. Он полностью сосредоточился на чистке оружия и не заметил, как к ним подошёл Артур.
- Вы как-то странно вели себя, мальчики, – обеспокоенно сказал он. – Что-то не поделили?
- Нет, пап, всё в порядке, – пробурчал Рон.
Артур перевёл недоверчивый взгляд на старшего сына. Джордж помялся несколько секунд, а потом ответил:
- Ронни одержим планами мести Малфою и освобождением своей ненаглядной жёнушки. А я более чем уверен, что ничего ей не грозит, за что чуть не получил удар ножом, – он усмехнувшись, указал глазами на лежащее рядом с Роном оружие.
- Что? – Уизли-старший не скрывал гнева. – Рон, ты в своём уме? Даже думать не смей…
- Почему? – взорвался парень. Он вскочил на ноги и гневно заговорил:
- Почему я не могу думать о спасении своей жены? Она ни в чём не виновата, тогда в тюрьме, у неё не было выбора, она…
- Она действительно ни в чём не виновата, - прервал его отец. – Но мы не можем рисковать. Я согласен с Джорджем, Гермионе пока что ничего не угрожает.
Рон переводил непонимающий взгляд с отца на брата и не мог вникнуть в суть того, что происходит. Ему казалось, что они как будто свалились с другой планеты и не осознают элементарных вещей. Гермиона в безопасности рядом с Малфоем, с Пожирателем Смерти, который не один раз изнасиловал её?
- Вы вообще соображаете, что вы говорите? – медленно проговорил он, делая акцент на каждом слове. Артур поджал губы и отвёл глаза. Ему был неприятен этот разговор, он понимал чувства сына. Но мистер Уизли теперь ставил общественное выше личного и был уверен, что не имеет права ставить сопротивление под угрозу.
- Нет, Рональд, – наконец-то твёрдо сказал он. – Сейчас нельзя. Пойми.
Артур резко повернулся и зашагал прочь. Рон глядел ему вслед совершенно пустыми глазами. Парень чувствовал себя отвратительно, ему казалось, что его предал самый близкий человек.
- Ничего, братишка, - похлопал его по спине Джордж. – Всё образуется.
- Что? – Рон повернул голову и встретился взглядом с насмешливыми глазами старшего брата.
- Всё образуется, – повторил Джордж, но выражение его лица не выражало ни капли сочувствия. – Да и… может тебе всё это и не надо…
- Сговорились? – яростно прошипел Рон. – Конечно, зачем вам девушка, попавшая в беду? Вы…
- Ты говоришь ерунду, – отрезал парень. Что-то промелькнуло в его интонации, заставившее младшего Уизли отступить на несколько шагов и окинуть брата взглядом, полным ненависти.
- Ааа… - протянул он. – Мне ясно! Предпочитаешь видеть её с Малфоем, а не со мной? Теперь я понимаю твои насмешки, издёвки, перешёптывания с Гермионой! Но запомни, братишка, она моя жена! Моя! – выкрикнул Рон, что есть силы.
Он бросился прочь из комнаты, оставив Джорджа стоять в одиночестве и осмысливать сказанное.
«Чёрт…» - подумал старший Уизли. – «А ведь он прав…»
***

Эрина сидела за туалетным столиком и нервно постукивала костяшками пальцев по поверхности. Её семейная жизнь рушилась, и девушка совершенно не знала, как её спасти. Когда Люциус пришёл домой около полуночи и, сославшись на трудный день на работе, быстро заснул, повернувшись к ней спиной, Эрина заподозрила неладное. Это был первый раз, когда они не занимались любовью перед сном. Она не могла ни в чём обвинить своего мужа, от него не пахло чужими духами, на рубашке не было чужих волос или следов губной помады, но женское чутьё неумолимо говорило Эрине, что у Люциуса всё-таки есть другая женщина.
«Интересно», - рассуждала она, глядя на своё отражение в зеркале, - «Это та же волшебница, с которой он встречался до нашей свадьбы? Или нет?» - девушка подумала и решила, что ей было бы легче бороться со старой соперницей. Её самолюбие не допускало даже мысли о том, что Малфой нашёл себе новую любовницу сразу после свадьбы, потому что его не устраивала молодая жена.
«Я выясню, кто это», - пообещала себе Эрина. Она взяла расчёску и начала быстро, резко расчёсывать пряди волос. – «Наложу следящие чары. Прикажу домовику ходить за ним следом. Всё, что угодно!» - она отбросила расчёску в сторону и уронила голову в ладони. Ей было плохо. Эрина любила Люциуса и не могла понять, чего ему не хватает.
- Ты только мой! – прошептала она, нежно касаясь губами обручального кольца. – Никому не отдам.
Волшебница ещё немного посидела, задумавшись, а потом стала спешно собираться. Сегодня у неё была назначена встреча с Пэнси Паркинсон, с которой Люциус познакомил её на свадьбе. Нельзя сказать, что Эрине понравилась бывшая девушка Драко, но Пэнси была в курсе всех сплетен и слухов магического мира, и молодая миссис Малфой рассудила, что ей будет выгодно пообщаться с Паркинсон.

- Привет, - улыбнулась Пэнси, глядя на Эрину, которая усаживалась напротив неё. От цепкого взгляда мисс Паркинсон не укрылись перчатки из тончайшей кожи, инкрустированные маленькими кристаллами, которые Эрина стягивала с рук, украшенных кольцами и браслетами. «И если бы Драко меня не бросил, кто знает, может, у меня тоже были бы все эти вещи!» - гневно подумала девушка.
- Привет, - ответила Эрина. – Ну что, для начала по кофе?
- С радостью.
Когда девушкам принесли чашки с ароматным напитком и несколько пирожных, «за счёт заведения», как услужливо сказал официант, конечно же, узнавший жену Малфоя и дочь Тёмного Лорда, они поначалу обменивались мелкими новостями и шутили. Понемногу разговор перешёл на сплетни.
- Знаешь, недавно обнаружили, что исчезла вся семейка Уизли, – доверительно сообщила Эрине Пэнси.
- Да? – миссис Малфой так и не донесла пирожное до рта. – И… какие подробности?
- Говорят, что они все в неком движении сопротивления, - начала рассказывать Паркинсон, радуясь, что нашла благодарного слушателя. – Их папаша, кажется, Артур, там главный. Ну и его сыновья, в том числе этот придурок Рональд, который учился в Хогвартсе вместе со мной и Драко.
- А Молли? – голос Эрины дрогнул, и она поспешила как можно безразличнее добавить:
- Жена папаши Уизли?
- Тоже с ними, – Пэнси не заметила волнения своей собеседницы. Она как-то не сопоставила события последней битвы и отношение Эрины к ним. – Так что Нора сейчас пустует.
- Как интересно… - пробормотала волшебница.
Какое-то время девушки сидели молча. В голове Эрины созрел план действий. Она ведь так и не передумала отомстить Молли за убийство своей матери.
- Послушай… - нерешительно начала Пэнси.
- Да?
- У вас в Малфой-мэноре не бывает Драко?
- Драко? А, нет, он приезжал только на нашу с Люциусом свадьбу, да и то на полчаса, – пожала плечами Эрина. Она, конечно, помнила забавное поведение сына своего мужа, его смущение и потупленные глаза при разговоре с ней, но не думала, что об этом стоит рассказывать Пэнси.
- Ммм… а если он вдруг объявится…
- Конечно, я сообщу тебе, - улыбнулась Эрина. – Я думаю, у вас всё впереди.
- Да… главное, чтобы Драко думал так же, – мрачно произнесла Паркинсон.
Волшебницы ещё минут двадцать посидели в кафе, потрепались об изменениях в моде для ведьм, обсудили, кто кому изменяет в высшем свете, и разошлись, договорившись вскоре встретиться снова. Эрина стремилась как можно быстрее покинуть Косой переулок. Она аппарировала к Норе. Как только девушка услышала, что этот дом теперь пуст, она решила отправиться туда. Для предосторожности наложив дезиллюминационные чары, она направилась к дому. По мере приближения к резиденции Уизли, Эрина всё больше проникалась презрением к этой семье. Такой безвкусицы в архитектуре она ещё не встречала. Наконец, она дошла до входной двери. Дом действительно выглядел заброшенным. Эрина открыла дверь, запертую несложным для неё заклинанием. «Сейчас…» - подумала девушка и осторожно вошла внутрь. Пэнси не обманула её – Нора действительно была пуста. Эрина закрыла за собой дверь и огляделась по сторонам. Для осмотра этого дома у неё был целый день.
- Семейные снимки? Как мило… - презрительно скривилась она, заметив на буфете несколько колдографий. Волшебница взяла одну из них в руки.
- Артур… это, наверное, старшие сыновья, - рассуждала Эрина, скользя взором по рыжим магам, – и Молли, – её голос стал жёстким.
- А это что? – сама себя спросила она, беря в руки другой снимок. Там было запечатлено Золотое Трио во время своего шестого курса.
- Этого я знаю, Гарри Поттер, - тихо шептала Эрина. – Ещё один Уизли, как его, Рональд. А это кто? – Эрина остановила взгляд на улыбающейся Гермионе. – Поттер встречался с дочкой Уизли, значит это – девушка Рональда? Или нет? – она перевернула снимок и увидела надпись, сделанную карандашом: «Гарри, Гермиона, Рон. Март 1997».
- Гермиона. Никогда не слышала, – пожала плечами Эрина и отбросила прочь колдографию. Её больше не интересовали семейные архивы Уизли. Девушка хотела найти спальню Молли.
«А потом я отправлюсь к Лорду», - говорила она себе, поднимаясь по лестнице. – «Пора начать действовать».

|| [В оглавление] ||

 Фанфик: Жизнь после Другой Победы 
Просмотров: 8061 | Комментарии к главе: 0 |
Всего комментариев к главе: 0








Посетителей в Малфой-Мэноре сейчас: 1
Гостей: 1
Званных гостей: 0


На данном сайте присутствуют материалы содержащие в себе графическое и текстовое описание сексуального акта, гомосексуальных отношений, насилие, мазохизм и другие вещи не рекомендованные для просмотра лицам младще 18 лет. Все материалы находятся в отдельных разделах. Если вам еще не исполнилось 18 лет, то мы не рекомендуем посещать данные разделы.
All Harry Potter names and characters belong to JK Rowling, Bloomsbury, Scholastic or Warner Bros. and Росмэн

Хроники Лорда Малфоя © 2017

Сайт управляется системой uCoz